Людмила Ивановна Ермакова. Воспоминания

Людмила Ивановна Ермакова. Воспоминания

(Продолжение. Начало в № 37 от 9 апреля 2016 г.)


В техникуме физкультуры

Следуя советам моих тренеров и по их рекомендации, я поступила в 1953 году в Ленинградский техникум физической культуры. Тогда еще здание института имени Лесгафта не было восстановлено, поэтому студентов принимал техникум. Конечно, моей специализацией стали лыжи. В нашей группе учились ребята старше меня лет на пять. Впоследствии некоторые из них стали олимпийскими чемпионами: Владимир Кузин, Галина Козырева. Больших спортивных успехов достигли Евдокия Мекшилло, Михаил Дороничев. Они нас многому научили. Тренировались мы на базе нашего техникума в Кавголово. Постоянные занятия спортом мне много дали и многому научили на всю жизнь дисциплине, упорному, систематическому труду, закалке и физической выносливости, психологическому умению преодолевать достойно неудачи и поражения, укрепили волю к победе. В пятнадцать лет я стала мастером спорта.

Л.И.Ермакова о М.И. Дороничеве:

«В жизни каждого из нас был свой Учитель, который повлиял на наше становление, на выбор профессии, на формирование гражданской позиции. Мне посчастливилось встретить на моем пути несколько таких учителей, одним из них был Михаил Иванович Дороничев – Учитель, Тренер, Наставник, Управленец.

М.И. Дороничев относится к поколению «шестидесятников», которые вписали немало славных страниц в историю отечественной культуры, науки и образования. Это поколение, детство которого кровавым крылом затронула Великая Отечественная война. Михаилу Ивановичу пришлось на себе испытать и голодное детство, и ужасы фашистских застенков: его вместе с братом фашисты угнали в Германию в 1942 году.

Но ничто не сломило этого мужественного человека. После Победы он закончил в 1952 году Ленинградский техникум физической культуры, а затем – Ленинградский государственный педагогический институт имени А.И.Герцена и всю свою жизнь посвятил воспитанию и физическому развитию детей. Его помнят и любят ученики не только Таицкой и Пудостьской школ, где он преподавал физическую культуру, но и многих школ Ленинградской области, так как М.И. Дороничев многие годы возглавлял Детско-юношескую спортивную школу Ленинградской области.

На вопрос «В чем успех вашего труда и блестящие успехи ваших учеников?» Михаил Иванович отвечал коротко: «Работать надо!»

В 1956 году восемнадцать студентов нашего курса успешно окончили техникум, получив диплом и квалификацию «преподаватель физической культуры для школы». В то время существовало государственное распределение выпускников, и нас всех распределили на работу в Узбекистан: поднимать в Узбекской Советской социалистической республике физкультурное движение.

Узбекистан. Первый учительский год

Меня направили в Кокандскую область, в Молотовский район, на работу в школу №20 учителем физической культуры сроком на один год.

Узбекская республика тогда была многонациональной, кроме узбеков и русских, там проживали и греки, и бухарские евреи, и крымские татары. Криминальная ситуация сложилась неблагоприятная. В городах и селениях преступность и насилие стали почти повседневностью. Было боязно. Мы, молоденькие девчонки, молодые специалисты, жили вместе, в мазанке напротив школы. Никаких удобств в мазанке не было, даже электричества, только солдатские кровати да стол. Катя из Уфы и Роза после окончания Ферганского пединститута преподавали в школе русский язык, а я физическую культуру.

Можете себе представить, как тогда нужно было преподавать физкультуру в узбекской школе, когда там существовало традиционно разное отношение к девочкам и мальчикам. Девочки ходили на занятия в парандже. В средних и старших классах количество девочек резко снижалось, потому что уже в тринадцать лет их выдавали замуж.

Это был мой первый самостоятельный трудовой год, когда я сама себя финансово обеспечивала. Помню, что получали мы какие-то копейки, на которые, однако, могли жить и сводить концы с концами. Мама мне денег тогда не высылала. Подкармливали нас учителяузбеки и ученики, которые к нам по-доброму относились. Дети приносили лепешки, зеленый чай, помидоры, виноград – ешь, сколько хочешь. Кое-какие товары мы покупали на местном рынке, который назывался УчКупрюк – «три моста». Научились немного по-узбекски, потому что большинство учеников по-русски не говорили, они только в школе начинали изучать русский язык.

Постепенно мы привыкали к новым обстоятельствам и осваивались в школьной жизни. Размеренное течение нашего первого года работы в школе нарушил один инцидент, произошедший в марте 1957 года. Директор школы стал приставать к молодым учительницам, и однажды ночью залез к нам в мазанку, в окно, перепугав нас. После этого ночного визита мы с девчонками сбежали в Коканд, опасаясь дальнейших действий настойчивого директора. Там я устроилась на одну фабрику, где вела ежедневную производственную гимнастику. За это время мы урегулировали вопрос о том, чтобы районный отдел образования в связи со сложившимися обстоятельствами досрочно отпустил нас домой. Это нам удалось: нас уволили по собственному желанию, и в апреле 1957 года я вернулась в Гатчину.

Мыза-Ивановка – Пудость

Устроиться на работу учителем физкультуры в апреле, когда идет учебный год, было невозможно, но и сидеть без работы и без денег я тоже не могла. В мае пошла работать в Дом инвалидов, что на улице Рощинской, где вела лечебную гимнастику и помогала по хозяйству. Не боялась никакой работы, делала всё, что мне поручали.

В конце лета 1957 года Татьяна Соломоновна Званская, тогда заведующая отделом образования города Гатчины, назначила меня на работу в Мыза-Ивановскую семилетнюю школу учителем физкультуры, с нагрузкой девять часов в неделю. Нагрузка очень маленькая, но меня это устраивало, так как я поступила учиться на вечернее отделение исторического факультета Ленинградского педагогического института им. Герцена. Четыре раза в неделю, по вечерам, после занятий в школе, я отправлялась в Ленинград на учебу. Современным молодым людям трудно представить, как мы тогда ездили в Ленинград, когда не было ни автобусов, ни маршруток, ни электричек. Было одно средство передвижения – поезд. А в Ленинграде метро еще только строилось. Однако трудностей я не боялась, потому что цель перед собой поставила – получить высшее образование. От наличия диплома в те годы всё зависело: и работа, и карьера, и, в какой-то мере, личная жизнь. На учебу в институт ездила вместе со своими гатчинскими коллегами – Верой Анатольевной Селезневой и Зоей Константиновной Добриной. Мы вместе учились, вместе сдавали сессии досрочно.

В школе меня избрали секретарем комсомольской организации, вскоре – членом бюро Гатчинского горкома комсомола.

После окончания института меня перевели в своей школе на должность учителя истории. В начале 1960-х годов в учебном плане советской школы появился новый предмет обществоведение. Осваивать его содержание и методику преподавания мы начинали вместе с Ниной Алексеевной Резвой, учительницей истории школы №4, которой было присвоено впоследствии звание «Герой Социалистического Труда». Вместе учились на курсах повышения квалификации в Ленинградском городском институте усовершенствования учителей у Элиасберг, вместе проводили семинары для учителей истории и обществоведения. Работа была интересная и очень ответственная, потому как проходила под контролем идеологического отдела горкома партии. Она заставляла учителя быть «подкованным», осуществлять преподавание на высоком идеологическлом уровне, знать все документы партии и правительства, уметь «правильно» отвечать на вопросы учеников, воспитывать их в духе преданности Коммунистической партии и своей Родине.

В начале 1970-х годов среди должностей школьных работников появляется новая должность – организатор внеклассной и внешкольной работы на правах заместителя директора школы. Фактически вся воспитательная работа школы концентрировалсь в руках этого человека. Он отвечал за внеклассную воспитательную работу с учениками, за работу классных руководителей, за связь школы с предприятиями и организациями микрорайона, осуществляя принцип «школа – центр воспитательной и просветительской работы в микрорайоне». Вот на эту новую должность меня и назначили.

Первыми организаторами внеклассной и внешкольной работы в Гатчине стали Галина Михайловна Панасюк, Галина Николаевна Алексеева и я.

Вскоре Мыза-Ивановская школа стала средней и получила новое название – Пудостьская средняя школа. Рост числа учащихся и возможность для школы стать средней не в последнюю очередь были связаны с введением в строй в 1972 году птицефабрики. В те, «романовские», времена, когда первым секретарем Ленинградского обкома КПСС был Георгий Васильевич Романов, исключительно большое внимание уделялось осуществлению продовольственной программы, частью которой и стало развитие областного птицепрома. Среди зачинателей Ленинградского птицепрома и имя Серафимы Ивановны Половинкиной, которая является основателем Пудостьской птицефабрики. В посёлке строится фабрика, для рабочих фабрики возводятся новые кирпичные дома с удобствами. Население Пудости растет, и возникает потребность в строительстве нового школьного здания. Так, по согласованию с птицефабрикой, был утвержден проект новой школы на 750 мест в поселке Пудость.

Директором семилетней Мыза-Ивановской школы, а затем и Пудостьской средней школы работала Раиса Васильевна Баранова. Однако курировать строительство нового школьного здания было поручено мне, ее заместителю, ибо по своим функциональным обязанностям, а работала я в качестве организатора внеклассной и внешкольной работы, мне приходилось тесно сотрудничать с директором птицефабрики. Мы вместе проводили митинги и праздники, мероприятия в поселке, поэтому Серафима Ивановна приветствовала такое назначение, мы с полуслова понимали друг друга.

Строительство – дело трудное, отнимало много времени и сил, и я в полном смысле ночевала там, потому что надо было быть в курсе всех дел, проблем, которые необходимо было срочно согласовывать с различными организациями и их решать. Строительство школы осуществлял Домостроительный комбинат №5, прорабом на нашей стройке был назначен Щипалов. Комсомольско-молодежное управление строительного треста, который строил школы по всей Ленинградской области, возглавлял Владимир Николаевич Анисимов. В строительстве новой школы он оказывал нам существенную помощь. Я могла к нему обращаться со всеми возникающими вопросами, он всегда старался вникнуть в их суть и помочь их решить. Сейчас это звучит нереально, но школу мы построили за один год! Как этому все радовались! Ведь фабрику и молодой поселок построили, много молодых семей появилось, и почти в каждой семье – школьник, который теперь мог учиться в новом красивом школьном здании. Как в городе.

С большой теплотой вспоминаю педагогический коллектив Пудостьской школы. Там я фактически начинала свою педагогическую карьеру, там сложились мои профессиональные взгляды, там я приобретала свой педагогический опыт, там складывались профессиональные умения, развивались организаторские способности, там я получила большую практическую школу в управлении. В моем становлении педагога большую роль сыграла Раиса Николаевна Серкова, завуч Мыза-Ивановской школы. Я ей очень благодарна за то, что именно она научила меня по-настоящему работать.

Пудость – поселение с особой историей. Изначально – это место обитания ингерманландских финнов. Судьба их во многом трагична, так как советское правительство и переселяло их многократно, и раскулачивало, и заставляло в паспортах указывать не финскую этническую группу, а записывать себя русскими. Да и язык свой родной трудно было им сохранить в таких условиях. Но все-таки я еще застала в МызеИвановке финские коренные семьи, проживавшие, в основном, на хуторах. Многим удалось сберечь свою идентичность: они сохранили свои финские фамилии, некоторые из них разговаривали в семье на своем родном языке, они отмечали свои национальные праздники и следовали религиозным верованиям. Сохранилось и финское кладбище в Терволово, где сегодня восстановлена кирха. В Пудости жили несколько семей из родов Кемпи, Сурво, Рундолайнен. Их дети учились в нашей школе. Никогда не забуду, как мой ученик, Витя Койвонен, каждый Новый год дарил мне настоящую ёлку из леса.

Сейчас из финского населения поселка остались лишь отдельные жители. Кто замуж вышел, кто женился, кто сменил свою финскую фамилию, кто переехал на новое место жительства. В трудные перестроечные годы большинство финских семей перебралось в Финляндию.

Из воспоминаний Галины Ивановны Сариной, двоюродной сестры Л.И. Ермаковой, учителя начальных классов Гатчинского лицея №3.

Людмила вышла замуж за Виктора Александровича Ермакова, и в 1960 году у них родился Володя. Жили они все в малюсенькой комнатке, в коммунальной квартире на Красноармейском проспекте. Лишь позже матери Людмилы Ивановны выделили жилье на улице Карла Маркса, и они перебрались туда. Вова пошел в детский сад, а после детсада мы забирали его к себе домой, потому что Люда и Володя поздно возвращались домой после работы, он – из Ленинграда, она – из Пудости. Но никогда Володю у нас на ночь не оставляли, всегда приводили домой. Воспитывали сына в строгости. Людмила и меня в строгости держала, когда на правах старшей заставляла меня бессчетное количество раз выводить ненавистные палочки в тетрадях по чистописанию. Ей всё казалось, что палочки недостаточно ровные, а нажим перьевой ручкой недостаточно каллиграфически выдержан. Требовательна она было ко всем и во всем.

После окончания школы Володя поступил в военное училище и стал подводником. Об этом мечтали его родители. Судьба его, однако, сложилась трагически. В самом расцвете сил, на пике своей карьеры, он заболел, лежал в Москве в госпитале им. Бурденко, однако почки всё-таки отказали… Когда Володи не стало, Юле, его дочке, шел третий год.