Фотография-загадка
Житель города Гатчины Юрий Николаевич Цветков не раз бывал участником музейных программ, делился на страничке музея в социальной сети довоенными снимками фабрики «Граммофон».
Его отец – Николай Осипович Цветков – работал на граммофонной фабрике мастером по наладке станков.
Над одним из снимков Юрий Николаевич сначала сам поломал голову. Перед войной работников цеха, где трудился его папа, сфотографировали. Но время было такое, что всем сотрудникам выдали противогазы и организовали на предприятии учения. Один снимок – все в ряд и улыбаются, на втором – они же, но уже в противогазах. Кто из них папа, Юрий Николаевич долго не мог понять. Потом его выдал какой-то металлический предмет, выглядывающий из кармана.
Семейные тайны
Юрий Николаевич Цветков рассказал нам о своем отце – Николае Осиповиче:
- Мой папа родился 27 декабря 1915 года в деревне Морозиха Смоленской области. Знаю, что на родной Смоленщине окончил школу, там же выучился на почтальона и разносил корреспонденцию.
Про свою семью он старался не рассказывать, потому что кто-то, как я понял потом, был из кулаков. Один из братьев Николая Осиповича из-за этого даже сидел в тюрьме.
Так как в дальнейшем папа служил в армии, часть его биографии просто отсутствует. И почему он оказался в Красногвардейске-Гатчине, тоже не знаю.
Известно только, что в Гатчине он устроился на граммофонную фабрику. Получил образование непосредственно на фабрике «Граммофон» и стал мастером по наладке станков-автоматов.
Да, уже были станки-автоматы. Так папа их называл. Я сам по образованию токарь, и практически все станочные работы знаю. Понимаю, если на токарный станок поставить несколько «кулачков»-ограничителей – такие и до войны существовали – они будут автоматически останавливаться в нужном месте и при нужном размере. Может быть, это и имелось ввиду. Чтобы собрать граммофон-патефон, деталей нужно много. Их изготавливали прямо на фабрике. В одном из цехов работал мой папа.
Моя мама жила в Гатчине и работала в артели «Цветметштамп» (теперь – завод «Буревестник») технологом по цветным металлам.
Папа с мамой познакомились и поженились до войны. Папа рассказывал, что работал на строительстве Гатчинского городского Дома культуры, когда только закладывали основание здания. Вероятно, это была «народная стройка». Дом культуры до войны в основном был построен.
Вместе с мамой они ходили в театр (теперь на этом месте – Театральная площадь). Разрушенное войной здание я застал еще в 1961 году, когда мы приехали в Гатчину. Чтобы дети не лазали по руинам, их обнесли забором, а спустя еще несколько лет демонтировали.
От граммофонов – в авиацию
Когда началась Велика Отечественная война, маму эвакуировали в Душанбе. Там она выучилась на библиотекаря и работала по новой специальности. А папа с «граммофонки» был отправлен на фронт. Он стал техником: обслуживал самолеты-бомбардировщики.
Во время войны папа несколько раз летал к маме в Душанбе. Это случалось, когда самолеты перегоняли в Китай. При передаче необходим был высококвалифицированный специалист для обслуживания техники. На борт брали моего папу.
В эвакуации у меня родились две сестры. Правда, обе долго не прожили: Лиза – год, Ляля – 9 месяцев. Жили ведь трудно. Многого не хватало. Мама мне подробности не рассказывала, потому что очень переживала из-за этого.
Второе возвращение в Гатчину
После войны папа продолжал служить. Командовал механиками эскадрильи. Я родился в Гатчине 16 февраля 1946 года. Получается, был зачат в исторический день – 9 мая 1945 года.
Папу направили служить в штаб. На моем свидетельстве о рождении сделано предписание – выехать в Выползово. Это между Москвой и Ленинградом. Во время войны там базировалась большая эскадрилья истребительной авиации и ремонтный завод.
В 1957 году нас отправили в Брянскую область. Заканчивал папа службу капитаном. Оставалось два месяца до следующего повышения в звании, а тут Хрущев дал команду о сокращении армии. Не успели... А если бы папа получил майора, мы могли бы гораздо раньше получить квартиру.
В 1961 году мы вернулись в Гатчину. Папа был на военной пенсии, но еще довольно долго работал в Центральном Военно-морском архиве на Красноармейском проспекте. Позже и мама туда устроилась. Они были архивариусами. Потом папа перешел на работу в Гатчинский дворец.
Моих родителей давно уже нет на этом свете. Я бережно храню наш семейный альбом. Тут папа, мама, папины друзья, которые, возможно, вместе с ним работали на граммофонной фабрике. Это – в Душанбе. Полные счастья поездки на Черное море, домашние посиделки с творческими номерами, новогодние праздники. Все гирлянды мы с мамой клеили сами, из обычной бумаги. Папа приносил с работы быстросохнущий клей с сильным запахом, и мы творили!
Интересный снимок – папа с радиоприемником. Он сделан в Выползово. А вот и наш гатчинский патефон. И опять патефон на каком-то празднике. Наверное, 9 мая.
У меня была слабость к техническим «игрушкам». Помню, как-то я решил проверить: а что будет, если я сяду на патефон сверху, включу его и буду крутиться! И проверил…
У нас много армейских снимков. Папа любил сам делать фотографии, и мне передалось его увлечение. Вот он обслуживает самолет, на следующем – его эскадрилья. Здесь в папе уже трудно узнать молодого Николая Цветкова с граммофонной фабрики. Папа занимался гимнастикой, имел спортивный разряд.
Конечно, есть и парадный портрет, где у папы вся грудь в наградах. Из самых дорогих ему – орден Красной Звезды. Я горжусь своим папой Николаем Осиповичем Цветковым и храню все его награды.
* * *
Проект «Гатчинский музей грамзаписи» поддержан Президентским фондом культурных инициатив.
Записала Татьяна Можаева