Однако автор решила пойти дальше и монетизировать свое кулинарное творчество: в год собственного 75-летия она занялась предпринимательством – оформила патент самозанятой
и печет торты на заказ.
Это труд, и весьма нелегкий, но Светлане Ивановне не привыкать: она вырастила пятерых детей, параллельно занимаясь физикой Солнца в Пулковской обсерватории. В девяностые она – выпускница МГУ, астрофизик – освоила шитье и промышленный альпинизм, чтобы удержать семью на плаву. 2023-й стал для семьи переломным: средний сын Светланы Ивановны – Андрей Амальский – ушел добровольцем на специальную военную операцию. Через два года родные получили награду за своего героя – орден Мужества, посмертно.
Трудовая биография Светланы Ивановны началась рано. Послевоенное детство было трудным, но мечты – возвышенными: после полета Гагарина она решила стать космонавтом, а ей с детства прочили Московский университет. Так и вышло…
- Я родилась в Ижевске. Нас было трое в семье, отец рано умер, мама болела, – рассказывает Светлана Ивановна. – Книги в доме были взрослые, я рано научилась читать и начала с Чехова и Мамина-Сибиряка, а мама почему-то говорила часто: «Вот Света вырастет и поедет в Москву в университет». А шел 1961 год – как вы помните, это начало космической эры. У нас был двор на четыре барака – совершенно рабочая среда, и мы с ребятами бегали по крышам сараев и страшно радовались каждому полету. Был такой фантастический фильм про космонавтов, «Мечте навстречу» – он произвел на меня колоссальное впечатление, так что я, вернувшись домой из клуба, твердо решила стать космонавтом.
В итоге школу – математический класс – я окончила с серебряной медалью и стала готовиться к университету. Но для начала поступила на завод, чтобы было в чем в университет ехать – надо было заработать себе на одежду. Год работала и штудировала пособие для поступающих в вузы. Но об астрономии я тогда вообще не думала – я хотела на ракетостроение и поехала поступать в Московский авиационный институт. А в МГУ решила сдать экзамены просто для тренировки – там экзамены шли на две недели раньше, чем в другие вузы. Учиться там я не собиралась, хотела только попробовать. И поступила на физфак. Без всяких репетиторов –
с Божьей помощью, по-другому не скажешь. Когда приемная комиссия меня спросила: «На какое отделение хотите?», у меня напрочь вылетело из головы словосочетание «общая физика», я вспомнила только геофизику и астрономию и решила, что меньшее зло – это астрономия.
- И выбрали физику Солнца?
- На третьем курсе было распределение по кафедрам, половина группы у нас ходила в астрономическое общество – с детства, все побывали в планетарии. А я – из глухой провинции, какой планетарий? С крайним изумлением я узнала, что у Солнца есть атмосфера. Для меня это было потрясающее открытие. Вообще, я была очень активная. Ездила в студенческом стройотряде на Целину
и на Сахалин.
- Вас распределили в Пулковскую обсерваторию?
- Нет, дело в том, что я вышла замуж, а мой муж – Геннадий Марьянович Амальский – учился в Ленинградском университете и работал в ЛИЯФе в Гатчине. В конце пятого курса у меня родилась первая дочь – Маргарита, и поскольку у меня уже были муж и ребенок, то принудительное распределение меня не касалось. Дипломную работу я делала в Пулково, в группе, в которой я потом проработала двадцать лет, в отделе физики Солнца.
Мы занимались исследованием поверхности Солнца, был организован запуск в стратосферу трех воздушных шаров с телескопом – сделать серию последовательных снимков с очень коротким промежутком времени, 10–20 секунд, одного и того же места на поверхности Солнца, чтобы понять, что там происходит. И это удалось. Я, можно сказать, потратила несколько лет жизни на это исследование видимой структуры поверхности Солнца и обнаружила очень интересные вещи. Мне даже удалось опубликовать научную работу.
- Как вы сочетали многодетную семью с работой астрофизика?
- Бабушек и нянек не было. Муж уходил на работу в ЛИЯФ
с утра, а я уезжала в Пулково пос-ле обеда – и до ночи. Дети часто оставались дома одни и привыкли к самостоятельности. Я получила медаль Материнства II степени как родившая и воспитавшая пятерых детей (звание матери-героини давали за 10 детей). И как многодетная мать я имела право выйти на пенсию досрочно – в 50 лет. Но за пять лет до пенсии, в середине девяностых, я уволилась из обсерватории и пыталась по-разному зарабатывать. Одно время даже швы заделывала на панельных домах как промышленный альпинист. Научилась шить. Меня нашел коммерсант, который торговал на рынке «варенкой», я ему шила – он варил и продавал. Швеей-то я сроду не была, но зато была очень решительной. Свой первый костюм я сшила на свадьбу подруги – взяла напрокат швейную машинку, купила журнал, скопировала выкройку и сшила.
- В те годы многодетность была редкостью. У вас были какие-то преференции? Как вы решились на пятерых?
- У моей бабушки было девять детей, у мамы – трое. Поэтому, я думаю, у меня была генетическая предрасположенность. Я бы родила и больше, если бы мне не объясняли, что это называется «плодить нищету». Много чего наслушалась. Ну и потом, даже пятерых вырастить оказалось непросто. Тогда ведь не было такой поддержки, как сейчас. За четвертого ребенка мне назначили пособие – четыре рубля в месяц. Честно говоря, даже стыдно было ходить их получать. А еще мы были прикреплены к магазину «Березка» на Карла Маркса, где был продуктовый отдел для льготников – на лестничной площадке. Многодетные матери могли купить там иногда мясо, чай, крупу.
- Почему сейчас, когда уже не надо бороться за существование, вы опять взялись за дело?
- Я увидела в интернете объявление, что можно заказать торт,
и подумала: вот я отлично пеку «Наполеон», почему бы мне не печь на заказ? Раз сейчас такое время наступило – мужа нет, двух сыновей уже нет – надо подработать. Это «Наполеон» по рецепту моей свекрови, она научила меня его печь лет пятьдесят назад. За полвека это стало нашей семейной «фишкой»: детей много, праздников много, поэтому мы пекли «Наполеон» очень часто.
- Это трудоемкий процесс?
- Понимаете, я по натуре своей перфекционист и всё делаю долго и тщательно. «Наполеон» – это семь часов непрерывной работы. Там надо рубить тесто – так учила меня свекровь. Для нашего «Наполеона» мы рубим муку со сливочным маргарином (важный момент – не с маслом, а с маргарином, потому что масло просто растает, и получится песочное тесто) до мельчайшей крошки. Это длительный процесс. Муку и маргарин нужно брать только высшего сорта, но главное – технология. Коржи получаются тонкие, но они не расползаются от крема, как обычные песочные – они сохраняют структуру. И получается действительно вкусно.
- А крем какой?
- Крем заварной. Варится очень густой молочный кисель, добавляется сливочное масло
и в самом конце – взбитые белки. Яйца мы раньше покупали обычные, сейчас и молоко, и яйца – только фермерские. Не то чтобы это принципиально, но безусловно лучше.
- «Наполеон» – ваш единственный шедевр?
- Есть еще один торт – «Аристократ». Самое интересное, что мне дал его рецепт мой коллега в обсерватории. У него была бабушка – финка, и она научила его готовить крем, который содержит очень много молока, намного больше, чем обычный крем.
И поэтому он легкий. В основе там – безе, чернослив, орехи, а также немного кофе и коньяка.
- Как вы реализуете свою продукцию?
- В июне я оформилась как самозанятая. Дочь мне помогла создать сообщество в соцсети «ВКонтакте» – называется «Наполеон» из Гатчины». Объявления даю в другие гатчинские группы, на онлайн-платформы. «Наполеон» по большей части заказывают молодые женщины с детьми, которые знают настоящий вкус торта, но у них нет времени его готовить. Одна дама даже ездила за ним на Фонтанку и очень обрадовалась, когда нашла нас в Гатчине.
А буквально неделю назад наш «Наполеон» заказали на праздник в Вырице, посвященный 90-летию поэта Александра Кушнера. Организатор мероприятия Андрей Барановский заказал нам сюжетный «Наполеон»
с декором: он попросил сделать шоколадный велосипед (у Кушнера есть забавное стихотворение про велосипед). Мы выполнили заказ, и «Наполеон» имел большой успех.
- Светлана Ивановна, вы человек глубоко верующий. Бизнес, астрофизика и христианская вера друг другу не противоречат?
- Ни в малейшей степени. Я даже больше скажу – дополняют. Конечно, когда я училась в школе в математическом классе и в университете, я ни о чем таком не думала. Когда-то в обсерватории один парень, лаборант, принес Библию почитать. Я ее прочла, вернула и сказала: «Знаешь, всё это красиво, но сказка». А вот когда у меня начались проблемы со второй дочерью, я не то что пошла в церковь – я побежала! Без всяких сомнений. Уж не знаю, откуда это знание пришло, но я поняла, что нужно сорок дней подряд приходить в церковь и молиться перед иконой Скоропослушницы. В Павловском соборе есть такая огромная старая чудотворная икона, вот я приходила, ставила перед ней свечку и читала молитву. И на сороковой день я попросила: «Матерь Божья, помоги мне, и я – в благодарность – брошу курить». Я курила двадцать пять лет.
- Кто бы мог подумать…
- Да, когда поехала в свой первый стройотряд на Целину, там была такая студенческая среда, и я начала курить – с перерывами на рождение и кормление детей. И вот я стою перед иконой, прошу помощи ребенку, а вышло, как будто я попросила помочь самой себе бросить курить. И вы понимаете, я вышла из церкви и забыла, что я курила! И за все эти годы – с девяносто седьмого – мне ни разу не захотелось курить. Как отрезало. Конечно, это было чудо – Матерь Божья мне показала, что так возможно. Так постепенно началось мое утверждение в вере. А кроме того, выяснилось, что у нас в роду была святая – Маргарита Закачурина. Это была моя двоюродная бабушка, она приняла монашеский постриг до революции, стала благочинной монастыря в Иваново, а в 1937-м ее арестовали и приговорили к расстрелу. На архиерейском соборе в 2000 году она была канонизирована вместе с другими новомучениками. По благословению батюшки я написала ее житие,
и сейчас я понимаю: если в роду есть дух веры, он обязательно передастся потомкам…
Светлана Ивановна успевает всё: молиться, выпекать торты и заниматься рукоделием.
В домашней коллекции – уникальные серьги, броши, колье, вязаные шали. Некоторые экземпляры раскупили заказчицы – ценительницы оригинальной бижутерии. Может быть, это и есть секрет искусства жизни – творчество, созидание и вера?
Екатерина Дзюба
Реализуется при поддержке комитета по печати Ленинградской области
#ИскусствоЖизни_ГП