Ухо-горло-нос: экстренно и 24/7

Бич нашего климата – сезонные ОРЗ, которые бьют по органам-мишеням: уху, горлу и носу. Оториноларингологическое отделение больницы готовится к наплыву пациентов и встречает надвигающийся эпидсезон во всеоружии – под руководством нового заведующего. В июне на эту должность заступил Юрий Александрович Антонов – врач-оториноларинголог с большим хирургическим опытом и стажем руководящей работы.

Юрий Антонов – выпускник Санкт-Петербургской военно-медицинской академии им. Кирова. Прошел интернатуру по хирургии и ординатуру по оториноларингологии. Работал в нескольких больницах Петербурга, занимал должность главного оториноларинголога Всеволожского района. 

Хирургом Юрий Александрович решил стать еще в детстве, а специализацию после академии выбирал долго и тщательно, остановившись на таком узком направлении как оториноларингология: хирургической специальности, не исключающей консервативного лечения.

Зима – горячий сезон

Новый заведующий лор-отделением поделился впечатлениями от вверенного ему подразделения:

- Впечатления у меня позитивные, к тому же я знаком с форматом работы крупной межрайонной больницы, понимаю структуру медучреждения и принцип взаимодействия между отделениями стационара и амбулаторий. Соответственно, исходя из этого, мы и строим работу. 

Первоочередная задача была – закрыть дефицит экстренной помощи по лор-направлению. Потому что плановая помощь – это хорошо, но главный принцип работы – максимальная доступность для пациентов, буквально 24/7. С сентября мы полностью укомплектовали отделение врачебным и средним персоналом, и в приемном отделении у нас теперь круглосуточно работает экстренная лор-служба.

- Оториноларингология в стационаре занимает половину отделения. Хватает места?

- У нас лор-отделение рассчитано на 15 коек – для взрослых и детей, и, согласно статистическим показателям, из которых формируется потребность в коечном фонде, мощностей отделения хватает. Дело в том, что загруженность лор-отделения – сезонная. С осени до весны, конечно, бывает и наплыв пациентов, отделение работает интенсивно, чего не скажешь о лете.

- То есть сейчас вы снова ждете приближения горячего сезона?

- Да, поэтому максимально хотелось укомплектовать дежурную службу. Ну, в принципе, мы готовы.

- С чем лежат у вас в отделении?

- Если мы говорим про экстренные случаи, то это осложненные формы синуситов – всем известные гаймориты, осложненные формы отитов, травмы уха, горла и носа. В стационар попадают и пациенты с ларингитом, 
с аллергическими реакциями типа отека Квинке, когда из-за отека гортани высок риск асфиксии. Бывает, что нужно принимать экстренные решения, чтобы восстановить проходимость верхних дыхательных путей – тут уже и скальпель не грех в руки взять, чтобы спасти человеку жизнь. При показаниях мы оперируем и уши, если отит, например, осложняется менингитом.

Есть и не столь драматичные случаи. К нам поступают пациенты с носовыми кровотечениями, с которыми самостоятельно дома не справиться – это, как правило, гипертоники, метеозависимые, и носовое кровотечение в данном случае – одно из осложнений гипертонической болезни. Как правило, таких пациентов привозит скорая, и мы занимаемся остановкой кровотечения разными методами: от простой тампонады до высокоспециализированной помощи с использованием электрокоагуляции. И, кстати, этот современный метод – коагуляция кровоточащего сосуда с использованием эндоскопической техники – позволяет остановить носовое кровотечение максимально комфортно для пациента буквально за считанные секунды.

Ничего лишнего

- Какие плановые операции проводятся на лор-отделении – например, в носу?

- У нас большой диапазон. Это вся ринохирургия: исправление носовой перегородки, вазотомия, удаление различных новообразований, полипов. Сейчас благодаря эндоскопической технике мы можем без разрезов, без травматизации верхнечелюстной пазухи зайти в полость носа, расширить естественное соустье и удалить инородное тело либо кисту. Соответственно, после такой операции сохраняется физиологическое функционирование пазухи. И это основная задача – сохранить физиологию. Тогда и реабилитация у пациента проходит намного быстрее и нет рубцового процесса, поэтому, если в дальнейшем планируются какие-то стоматологические вмешательства – например, имплантация, у пациента не возникает сложностей при проведении синус-лифтинга. 

- Гланды и аденоиды детям удаляете?

- Да, мы занимаемся хирургией глотки, выполняем тонзилэктомию – удаляем миндалины, но чаще всё-таки взрослым. У детей реже формируется полная декомпенсация, поэтому стараемся лечить консервативно. А у взрослых, когда сформировалась декомпенсация либо развились осложнения, миндалины – гланды в просторечье – приходится удалять. Аденоиды – напротив, чаще детская история. У взрослых такие вмешательства выполняются, грубо говоря, в 0,5 % случаев. 

- А вот говорят, что в организме нет ничего лишнего – всё нужное, и гланды, и аппендикс…

- Да, удаление – это крайняя мера. И, соответственно, нужно максимально бороться, чтобы сохранить то, что создано природой. Но когда тот или иной орган перестает работать, он становится источником хронической инфекции. Например, миндалина либо аденоида – это иммунный орган, в котором есть полости, и, если он не функционирует, там скапливается инфекция и происходит интоксикация организма. А если мы говорим про хронический тонзиллит, там может присоединяться бета-гемолитический стрептококк, который приводит к поражению соединительной ткани, а это, в свою очередь, влияет на клапанный аппарат сердца и суставы. 

Для удалений есть классические показания. Например, если у человека был паратонзиллярный абсцесс, увеличены лимфоузлы, частое обострение хронического тонзиллита – это стопроцентное показание к удалению миндалин. Когда в горле образуются казеозные пробки, их нужно периодически промывать, и, согласно рекомендациям, если таких промываний требуется больше двух курсов в год, то это тоже показание к удалению миндалин. 

Также сейчас есть исследование функциональной активности небных миндалин, которое помогает в установлении диагноза декомпенсированного тонзиллита. Берется смыв из миндалины, делается посев, смотрится соотношение лимфоцитов к бактериальным клеткам, и выводится определенный коэффициент. Если он очень низкий, это говорит о гипофункции миндалины либо о ее декомпенсированной функции. И, соответственно, таким пациентам тоже показано удаление.

- Юрий Александрович, раньше после удаления гланд мороженое давали. Сейчас такое практикуется?

- Это практика давно минувших дней, когда небные миндалины удаляли без наркоза и детей потом кормили мороженым в качестве компенсации за перенесенные мучения – и для охлаждения, чтобы не было кровотечения и рана быстрее заживала. Теперь тонзилэктомия детям проводится только под общим наркозом и значительно более щадящими методами, в том числе с помощью электрокоагуляции, с минимальной кровопотерей.

Заложило нос на годы

- Вернемся к носу. Сейчас в аптеке – богатый ассортимент сосудосуживающих капель, и некоторые, начав капать их во время насморка, потом не могут остановиться:  без капель нос уже не дышит. Что делать?

- Есть такой диагноз – медикаментозный ринит. Часто он возникает после какого-то затяжного простудного заболевания, когда сосудосуживающий препарат применяется дольше, чем положено по инструкции. В итоге возникает привыкание, и человек использует капли годами. Со временем формируются проблемы и со щитовидной железой, и с давлением, потому что эти препараты вызывают спазм сосудов, а хронический спазм сосудов приводит к повышению артериального давления – в отдаленной перспективе. 

Однако человек, у которого все структуры полости носа в норме, на капельки подсаживаться не должен, потому что среднее время течения ОРВИ – пять-семь дней. В течение этого времени зависимость не формируется, пациент должен выздороветь 
и дальше дышать нормально. Но если у пациента есть искривление перегородки носа, полипы либо еще какие-то дефекты в полости, это приводит к нарушению дыхания, и течение заболевания затягивается. За счет этого и происходит привыкание к каплям. Исходя из собственной практики, могу сказать, что более 90 % пациентов, страдающих медикаментозным ринитом, имеют какие-то нарушения структуры полости носа. И в данном случае нередко приходится прибегать к хирургическим методам лечения.

- Юрий Александрович, в преддверии сезона простуд дайте, пожалуйста, рекомендации – что делать, чтобы не стать пациентом вашего отделения?

- Заниматься профилактикой! Конечно, в сезон вирусных инфекций и с учетом дефицита солнца нужно принимать витамины, закаляться (но нельзя резко бросаться в закаливание). 

Взрослым и особенно детям, посещающим детский сад, школьникам показано промывать полость носа: это снижает риск инфицирования. Однако заниматься этим надо с учетом эпидобстановки: если в классе много болеющих или сам ребенок заболел – нужно промывать нос солевым раствором. Если выздоровел, промывания заканчиваются, потому что, промывая просто так, огульно, мы смываем всю микрофлору. 

Часто бывает, что, заболев, человек начинает полоскать горло антисептиком, и вот оно уже почти прошло, но возникает сухость, и человек продолжает полоскать – смывает всю флору, и горло опять начинает болеть, но уже не оттого, что есть заболевание, а оттого, что началось раздражение слизистой. 

Ну, и, соответственно, надо своевременно лечиться, потому что к нам попадают, как правило, в тех случаях, когда возникает осложнение респираторной инфекции. Человек сначала заболевает ОРВИ, начинает лечиться самостоятельно, через два-три дня ему легчает – он, не долечившись, бросает, и потихонечку у него формируется осложнение. 

Поэтому самая основная рекомендация – пройти полный курс терапии и как можно меньше заниматься самолечением. Если через три-четыре дня ОРВИ не проходит, надо заканчивать самодеятельность и обращаться к специалисту.

- Если госпитализации не избежать, кто дает направление к вам на плановое лечение?

- Участковый терапевт, фельдшер, лор в поликлинике. На базе стационара работает отборочная комиссия, которая ведет прием по направлениям: люди приходят на консультативный прием, и мы либо корректируем лечение, либо госпитализируем, а если это необходимо, записываем на плановую операцию. 

Екатерина Дзюба