Ангелы Анны: как женщины Гатчины держат невидимый фронт СВО

Впервые я увидела Анну Сотниченко в ноябре 2022 года на волонтерском форуме, где она рассказывала о своем движении. Потом на выставке появился ее фотопортрет, сделанный для проекта «Жена героя». Этот портрет уже сам по себе говорил о многом: в объектив с гордостью смотрела русская красавица в наброшенном на плечи мундире своего мужа, которая приобнимала троих своих детей. Но вот о том, что за всем этим стояло, мы поговорили с Анной только сейчас.

«Ты меня на рассвете разбудишь...»

Анна встретила меня в своем большом и уютном доме. В колыбельке гулила крошечная девочка — четвертый ребенок в семье Сотниченко. Маленькая Василиса родилась летом, и в связи с ее рождением муж Анны, военнослужащий СВО, приехал в отпуск. Каждый день этого отпуска стал для семьи огромным счастьем. Обо всем этом моя собеседница говорит спокойно, часто с улыбкой, за которой чувствуется огромная внутренняя сила.

- Анна, расскажите немного о своей семье.

- Когда мы с Алексеем встретились, у меня уже рос четырехлетний сын. Я воспитывала его одна и очень этим гордилась. Я была самостоятельной, работала. Максимально вкладывалась в своего ребенка, понимая, что на мне лежит ответственность быть для него и мамой, и папой. Когда в моей жизни появился Алексей, я поняла, что наконец встретила мужчину, который сильнее меня. Оказалось, что теперь мне больше не надо ничего и никому доказывать, и, в первую очередь, самой себе. Оказалось, я могу быть мягкой и молчаливой, могу просто кивнуть головой, когда кто-то принимает решения за меня. 

Мы поженились в 2018 году в Петергофе, у нас была красивая свадьба в Гатчинском дворце, а спустя еще несколько лет нас стало шестеро.

Иногда меня спрашивают: ты знала, за кого выходила замуж? Нет, не знала. Я просто выходила замуж за любимого человека. Никто не готовил меня к тому, что я буду спать с иконой под подушкой и молиться, чтобы муж вышел на связь. Я научилась сама себя успокаивать и даже плакать про себя, потому что около меня дети, и я не имею морального права плакать при них. Я стараюсь быть веселой мамой, у которой всё хорошо и прекрасно. Но я всё равно остаюсь женщиной, всё равно во мне живет маленькая девочка, от которой оторвали любимого человека. 

- Что значит быть женой военнослужащего?

- Алексей уже был офицером, когда мы поженились. И уже тогда он уезжал в командировки. То есть, уже тогда меня, видимо, жизнь готовила к чему-то серьезному. И я все время спрашивала, к чему? У нас такая прекрасная мирная жизнь, мы дружим со всеми. С другой стороны, уже было тревожно. Моя свекровь родом из Донецка, а все ее родственники до сих пор живут в Горловке. Она приезжала к нам и многое рассказывала о жизни там... 

Меня спрашивают: «Аня, у тебя муж военный и четверо детей. Тяжело, наверное?» Мне вообще не тяжело. Я обожаю готовить, у меня свой огород. Я варю огромные кастрюли супа. Родился еще ребенок, ну неужели мы не накормим тарелкой супа еще одного? К счастью, мы живем в такое время, когда можно купить всё, что нужно для детей. Причем мы не получаем выплаты как многодетные, потому что у супруга хорошая зарплата. Но мы и рожаем-то не ради выплат, не ради какой-то помощи. Мы прекрасно понимаем, что можем рассчитывать только на себя. Просто это наше счастье, что Бог дает нам столько детей и столько сил, чтобы вырастить их хорошими людьми. И мы прикладываем большое количество времени и желания, чтобы они действительно выросли добрыми, открытыми и готовыми прийти на помощь другим людям. Так нас растили, так воспитывали — меня и моего мужа. 

«Мы просто не могли остаться в стороне»

- Анна, с чего началось ваше движение?

- В феврале 2022 года мой муж еще был в своем полку, но на фронт уже отправились его сослуживцы. Однажды кто-то из них позвонил и сказал: «Горим! Нет противоожоговых средств, медицинских препаратов». Я до сих пор слышу этот голос! Я была в ужасе: как это возможно в наше время, чтобы кто-то горел, кто-то умирал? Это же чей-то муж, чей-то ребенок, чей-то брат... И я стала думать, что делать. Позвонила своим знакомым, рассказала. Сработало сарафанное радио, и всё завертелось! 

Уже в марте 2022 года мы начали отправлять помощь одному из наших подразделений. Позже на нас стали выходить и другие ребята. Они говорили, что наши гатчинские военнослужащие помогают другим бойцам, делятся с ними посылками, продовольствием и медикаментами. 

Помещения для склада у нас не было, и я начала собирать помощь в своем частном доме - технику, медицину, продукты питания, теплые вещи. Наш первый военный «Урал» стоял у нас во дворе неделю. Ворота не закрывались: люди подъезжали, привозили, кто что мог. Коробками и банками было заставлено было всё — веранда, кухня, второй этаж. Я никого и никуда не призывала. Просто кто-то сказал, что вот есть дом на такой-то улице, там стоит девочка в бушлате с ребенком, хочешь - привези что-нибудь. Моему Никите тогда было семь месяцев. Я кормила его грудью и прятала в бушлат, за пазуху, когда надо было встречать людей.

Я мужу пообещала, что вот одну машину отправим, и всё. Наш первый груз провожали со слезами (хоть что-то мы сделали!). Но люди продолжали нести, и скоро пошла вторая машина, потом — третья и так далее.

Всё, что приносили, нужно было как-то разбирать, и люди сами предложили мне помочь в этом. Мы тогда даже не были знакомы. Они приезжали с утра и всё это делали. Тогда, в 2022 году, нас собралось около 130 человек, и до сих пор никто из них не ушел.

- Как появилось название «Ангелы тыла»?

- Название нашему движению дал священник, который приехал освятить одну из первых больших партий гуманитарного груза на передовую. Мне очень нравится это название. Батюшка очень от души это сказал. Не зря говорят, как корабль назовешь, так он и поплывет. Наверное, поэтому как-то благостно у нас эта история происходит. Конечно, хочется, чтобы быстрее всё закончилось, и наступил мир. Но это должен быть мир с нашей победой, иначе эту мирную жизнь придется отстаивать уже нашим детям и внукам.

Волонтерство - это история от души, когда ты действительно что-то делаешь вопреки всем преградам и проблемам. Вот сегодня утром ребята прислали новую заявку. Я понимаю, что у нас нет на это возможностей. Я просто попросила: «Господи, помоги!» И я знаю, что, скорее всего, мы закроем ее. Просто мне кажется, Бог нас как-то ведет...

Народное движение

- Прошло уже четыре года, но ваше движение по-прежнему называется народным...

- Действительно, мы не НКО и не фонд. Считаю, что можно помогать от души, занимаясь основной работой. У меня есть профессия, я педагог по образованию. Работаю сейчас в детском доме — в Сиверском ресурсном центре, и мне безумно нравится моя работа. Там потрясающий коллектив, люди, влюбленные в свое дело и в этих детей! Зная мою ситуацию, они пошли мне навстречу и смогли организовать такой график, чтобы я могла и работать, и уделять время своим детям, которых на тот момент у меня было трое.

Мы называем себя не волонтерским, а народным движением, чтобы каждый понимал: мы — обычные люди. В нашем коллективе — жены, матери, сестры военнослужащих. У многих маленькие дети. У нас много людей старшего поколения, которые выросли в Советском Союзе. Есть и такие люди, которых специальная военная операция никак не коснулась — те, кто мог бы совершенно спокойно и прекрасно жить, но почему-то каждый день ходит плести сети или разбирать коробки на пыльном складе.

Вообще, у нас очень много хороших, добрых людей. Может быть, мне так везет, но как-то попадаются те, у кого глаза светятся и такое тепло идет от них. Я заметила, что такие люди, скорее всего, сами прошли через какую-то боль или утрату, и, наверное, поэтому они так близко принимают чужую беду. Они действительно искренне сопереживают и пытаются помочь хоть чем-то. Никто у нас не получает никаких денег, только отдает их, вливая в общее дело. Самый ценный ресурс — это время, которое мы тратим. Мы очень, очень стараемся делать всё, насколько это в наших силах...

- Есть мнение, что помогать нашим бойцам не надо, потому что «армия и так обеспечена»...

- Во всех абсолютно войнах всегда были какие-то проблемы — у каждой армии мира. Нет идеальной армии. Ее не существует и не будет никогда, тем более в такой огромнейшей стране, как Россия. На фронте всегда есть какие-то бреши. И наши ребята не виноваты в этом. Отказываясь помогать им, мы, по сути, наказываем безразличием своих соседей, своих одноклассников, земляков. За что? Мы живем в такое время, когда сердце не должно оставаться пустым и равнодушным. 

Для меня важно ощущение, что я не зря живу, не зря эти дни проживаю. Я рада, что хотя бы чуть-чуть полезна именно сейчас, в это грустное, печальное, тяжелое для нашей страны время. И каждый из нас может быть чем-то полезен, и эта возможность всех нас объединила. Чем нас больше, тем больше будут реки помощи, идущие туда, к нашим ребятам.

Да, волонтерство – нелегкий труд. Это пыль, грязь, холод. Мы отгружаем машины каждую неделю. И зимой, и по ночам... И мы, женщины, встаем, оставляем детей дома и бежим грузить. Мы сами поднимаем всё это, включая дизельные генераторы, которые весят как крыло от самолета. Потому что иногда ребята приезжают к нам за грузом с ранениями, после операций, и поднять генератор им просто не под силу. Зато, когда машина, которую мы загрузили, уезжает, не могу описать, какая это эйфория — от понимания, что не просто так родился, не просто так живешь, а сделал для кого-то хоть что-то полезное. 

Я часто вспоминаю, как один военнослужащий сказал мне: «Когда всё это закончится, и мы вернемся, как остальные люди будут нам в глаза смотреть?» 

Да, я не была на войне, но война - внутри меня. Я ежедневно в этой истории, потому что общаюсь с военнослужащими, принимаю заявки, смотрю видео и фото. И я уже давно привыкла к этому несмотря на то, что я вроде как в декрете и должна бы сейчас погрузиться в розовые пеленки и бантики. Но нет, я продолжаю разговаривать с военными, езжу на склад, отгружаю. Потому что не хочу, чтобы мне было стыдно, когда спустя много лет, когда я уже буду бабушкой, мои внуки начнут задавать мне вопросы.

- Как вы переносите частые разлуки с мужем?

- На кону стоит не просто наше совместное существование – на кону стоит вся наша жизнь. Нет для меня ничего дороже, чем знать, что мой муж рядом, что он меня любит, что у нас есть дети, и нам есть ради чего и ради кого жить. Надо просто пройти этот этап, выстоять. 

Никогда у нас не было более теплых встреч после его командировок. Когда мы вместе, мы разговариваем не об армии или войне, а, в основном, о каких-то бытовых вещах, о детях. О том, что кто-то из них получил тройку или порвал штаны, и надо купить новые. Естественно, и у нас бывает недопонимание. Но мы не ругаемся, потому что знаем – нельзя на это тратить драгоценное время. Оно и так быстро бежит, мы и так редко видимся и слышимся. Всегда нужно помнить, что это, может быть, последний наш день. Как часто люди совершают ошибки просто потому, что не думают об этом. Им кажется, что впереди вечность, что всё всегда будет хорошо. 

Сейчас такое время, когда обнажается всё, что прежде было прикрыто комфортной жизнью — то, что и есть настоящая реальность. Всё это может быть и странным, и страшным. Но... сегодня за нами пришли, потому что мы сегодня нужны кому-то. 

- Что нужно сделать, чтобы приблизить победу? Что от нас зависит?

- Если ты хочешь навести порядок вокруг, начни с себя. Мы должны начать с того, чтобы внутри нашего города, нашего региона мы жили мирно, правильно и порядочно. Мы сейчас даже не говорим про волонтерство. Мы все просто должны стать добрее друг к другу. Живя в одном городе, мы можем просто по-человечески поддерживать друг друга. У нас в Гатчине много жен военнослужащих живет. Есть уже, к сожалению, матери и жены погибших бойцов. Иногда их нужно просто выслушать, поддержать как-то и, при необходимости, помочь. И если хватает душевного тепла, то еще и отдать его туда, на фронт. 

Тепло, которое можно взять в руки

Теперь «Ангелы тыла» есть везде — во многих регионах нашей страны. Уж очень точно это название обозначает невидимую для многих, но очень мощную поддержку.

Ангелы тыла — это не только женщины, которые плетут сети, принимают гуманитарную помощь на складе, а потом тоннами отгружают ее на передовую. Так называют всех, кто помогает, собирает, привозит всё это, закрывая самые разные заявки — от ребенка до пожилой женщины, приносящей от всей души баночку своего домашнего варенья или собственноручно связанные носки. Каждая мелочь важна — продукты, соленья и варенья, сухие блюда, медикаменты и средства гигиены (сокровища чистоты), теплые вязаные изделия на холода, постельное белье, пледы, подушки и одеяла, дизельные генераторы, огнетушители, строительные расходные материалы. И даже... женские колготки, которые «ангелы» используют для изготовления тактической маскировки.

Эти женщины уверены: без крепкого тыла не бывает победы на фронте. За каждым выстрелом, каждым перехваченным дроном, каждым спасенным бойцом стоит огромная, круглосуточная работа тыла. Низкий поклон каждому, кто держит этот невидимый, но несокрушимый фронт.

Информацию о сборах и способах помощи можно найти в группе «Ангелы тыла» во ВКонтакте.

Юлия Лысанюк