Гатчина в 1917 году: как это было

Гатчина в 1917 году: как это было

С 16 ноября в выставочных залах Арсенального каре Гатчинского дворца работает выставка «Гатчина. 1917», посвященная столетию Октябрьской революции.


Экспозиция охватывает период с начала XX века до 1918 года, затрагивая основные этапы революции 1917 года с конца февраля до последних чисел октября. 

Новая выставка организована Государственным музеем-заповедником «Гатчина» совместно с Государственным музеем политической истории России. Ее основу составили предметы интерьера, живопись, графика, фотографии и документы из шестнадцати музейных коллекций, архивов и частных собраний России.

В роли одного из главных героев выставки выступает непосредственно Гатчинский дворец, волей судьбы ставший одним из ключевых мест, где решалась судьба Российской империи. Новая экспозиция стала логичным продолжением постоянной выставки, открывшейся минувшим летом в отреставрированных жилых комнатах семьи императора Александра III. Став официальной резиденцией русского императора в 1880-х годах, «милая, прелестная» Гатчина сыграла важную роль в политической жизни страны.

Выставка, посвященная революции 1917 года, разместилась в семи залах. Она выстроена в порядке смены времен года в 1917-1918 годах, что позволяет проследить, какой Гатчина была в начале XX века и с чем она вошла в новый, революционный мир. Особое внимание авторы экспозиции уделили непосредственным участникам событий 1917 года.

Посетителей выставки встречает витрина со стилизованной рукописью под названием «Пьеса для реквизита. Все, что было до, во время и после 1917». Среди действующих лиц этой грандиозной пьесы – художник Павел Щербов, великий князь Михаил Александрович Романов, его морганатическая супруга княгиня Наталья Брасова, искусствовед и меценат граф Василий Зубов, воздухоплаватель Виктор Нижевский...

Переходя из зала в зал, словно листаешь страницы этой великой драмы, проживая акт за актом. Нарочито спокойные, лирические строки контрастируют с увиденным, действуя подобно спусковой пружине, которая медленно разжимается, чтобы выстрелить в мир катастрофическим зарядом. Время стремительно пролетает по всем семи залам выставки, затрагивая все сферы жизни и вызывая пробирающий до костей сквозняк революционных преобразований.

Первый зал экспозиции показывает зиму 1917 года. Гатчина накануне революции, первый акт начался: «Гатчинский дворец покинут, оставаясь официально царской резиденцией и домом семьи предпоследнего императора России... В самой Гатчине, поближе к родному дому, селится Михаил Николаевич Романов с супругой Натальей Брасовой...»

Где-то там все еще гремит война. Военная Гатчина – это самолеты, поезда, беженцы, госпитали, тревожные заголовки в газетах. В городе действует военно-авиационная школа для подготовки личного состава военной авиации Российской империи. Через Гатчину на фронт из столицы направляются войска, сюда прибывают эшелоны с ранеными.

Стены залов оформлены белыми полотнами. Что они означают? Белые бинты, которые вот-вот запятнаются алой кровью раненых, или чистые листы белой бумаги, позволяющий начать жизнь с самого начала? Во всяком случае, именно так – с чистого листа, быстро покрывающегося чернилами ярко-красного цвета, начиналась жизнь нового государства.

Второй зал экспозиции рассказывает о том, как в Петрограде начиналась Февральская революция. Второй акт «Пьесы для реквизита» начинается сном великого князя Михаила Александровича: «В одной из комнат Дворца – пожар. Горит трон Николая. С треском и искрами. Гипсовый царский герб падает и раскалывается надвое». И действительно, в центре этого зала стоит трон Николая II, у подножия которого лежат сокрушенные символы имперской власти – голова орла, разбитые корона и держава. В этом акте пьесы показан момент отречения от трона

Николая II в пользу своего брата Михаила Александровича, который спустя несколько дней отказался «восприять Верховную власть».

Свержение монархии с энтузиазмом встретили по всей стране. В активную политику были вовлечены широкие массы людей, надеявшихся на скорое достижение социальной справедливости. Весной 1917 года в Гатчине образовались сразу два органа новой власти – Городской Совет рабочих и солдатских депутатов и Временный комитет граждан города Гатчины.

Жизнь в городе продолжалась. Весной и летом 1917 года в Гатчину приезжают дачники – бывшая петербургская, ныне петроградская интеллигенция. «Резиденция снова становится провинцией, – записано в третьем акте «Пьесы для реквизита». – Лето возвращает если не к дачной жизни, то к дачному настроению... В городе до сих пор много сирени, которую так любит Мария Федоровна. Нет вишневых садов. Медленно качается маятник напольных часов. Медленно и неумолимо, стремительно отсчитывая время...».

Экспозиция третьего зала позволяет погрузиться в быт гатчинских дачников лета 1917-го года. На раскрытом пианино – ноты с романсами Чайковского. Кажется, вот-вот закипит самовар на столе. Продолжает принимать гостей в своем знаменитом доме Павел Щербов. В экспозиции представлены его карикатуры и наброски из коллекции Русского музея. Здесь же находится еще один уникальный экспонат – столешница из гатчинского дома Александра Куприна с автографами его друзей-писателей.

Особое место на выставке отведено превращению Дворца из загородной резиденции царей в музей. В мае 1917 года в Гатчину прибыла художественная комиссия, в состав которой вошли известные искусствоведы В. Зубов, П. Вейнер, В. Курбатов, которые вели работу по описанию предметов. Героические усилия членов комиссии помогли сохранить культурное наследие страны, сделав его достоянием народа. «Дворец начинает жить по-новому. Теперь он ни для кого не будет домом...» – записано в четвертом акте пьесы.

А пружина времени разворачивается все быстрей. Летом 1917 года страну сотрясали политические кризисы. Русская армия, начавшая было наступление на Юго-Западном фронте, потерпела поражение. После ряда демонстраций в Петрограде в городе было объявлено военное положение. Главой новой версии Временного правительства становится Александр Керенский. Сразу после Октябрьского переворота относительно спокойная доселе Гатчина оказалась в эпицентре событий, от исхода которых зависела судьба страны.

В октябре 1917 года Гатчинский дворец становится последним штабом Керенского. Центральный экспонат зала, посвященного этим событиям, — знаменитая картина «Бегство Керенского из Гатчины» художника Г. Шегаля (из собрания Государственной Третьяковской галереи). И если Керенский в этом акте пьесы служит воплощением уходящего, разрушающегося мира, то не менее знаменитый революционер Павел Дыбенко представляет мир новый – странный, пугающий, непредсказуемый.

Действие последнего акта «Пьесы для реквизита» происходит зимой 1917-1918 года. «На вокзал прибывает последний поезд. Настроение рождественское. Всюду свечи, в пустом зале стоит накрытый стол,.. за который никто не сядет. Свечи задувает. Звуки праздничной службы в церкви тоже как будто замирают, замерзают...» А для Гатчинского дворца начинается новая жизнь: 26 ноября 1917 года граф В.П. Зубов назначается его директором и хранителем, и уже 19 мая 1918 года Большой Гатчинский дворец открывается для посетителей как музей...

Фото Ольги Фирсовой