Ароматы Рождества и детства

Ароматы Рождества и детства

Вячеслав Петрович Вяйзенен – человек известный в Гатчинском районе: общественник и местный финский Дед Мороз на пенсии. Много лет он выполнял эту почетную миссию, а сейчас передал бразды Валерию Тойко – председателю Гатчинского общества ингерманландских финнов «Инкери-Сеура». В канун католического Рождества мы попросили Вячеслава Петровича рассказать о своем детстве и ароматах этого яркого праздника.


«Не забывая никого и ничего…»

Вячеслав Петрович Вяйзенен во всех делах - яркий и инициативный. Родился в деревне Глазово на окраине Павловского парка. Когда началась война, ему было четыре года. Оказавшись в оккупации, его семья, как большинство ингерманландских финнов, долго скиталась – сборный пункт в Гатчине, эстонский концлагерь Клоога, финский город Йювяскюля, затем Торопец недалеко от Великих Лук, Эстония, Карелия, нелегальное возвращение в Пушкин, после снятия запретов комната в Ленинграде, а затем переезд в Гатчинский район.

Четверть века он проработал преподавателем в сельхозинституте, заведовал научной лабораторией, был лектором общества «Знание». В 1990-е стал одним из ингерманландских активистов - членом совета общества «Инкерин Лиитто», с 1997 года – еще и руководителем ингерманландского культурного общества «Инкерин Тупа».

Сейчас Вячеслав Петрович живет в большом доме в поселке Тайцы. Его рабочий стол завален рождественскими открытками, фотографиями, книгами и бесчисленными папками с пожелтевшими документами. В свои 84 года Вячеслав Петрович бодр душой и словоохотлив. Он встретил гостей с шутками и прибаутками, а потом взглянул с добродушным прищуром, качнул снежной бородой, как настоящий Дед Мороз, и начал рассказ.

- Есть «Красная книга растений», есть «Красная книга животных», должна быть «Красная книга народов и их культур». И нам ее писать, сохранять наследие народа, не забывая никого и ничего, - пояснил свое призвание Вячеслав Петрович.

Об ароматах Рождества, в том числе финского, написано немало. У Вячеслава Петровича свой взгляд. В своей работе «Ароматы Рождества» он рассказал о традициях финского Рождества, дав четкий распорядок рождественских дней – что, когда и где проводится в это время. Он уверен: кто в детстве праздновал финское Рождество - для того всю жизнь рождественские ароматы будут символизировать радость и приятные ожидания.

 

Чем пахнет Рождество

В первую очередь, это запах рождественской елки. С запахом хвои особенно сочетаются запахи горящих свечей – обязательного традиционного украшения праздника. Кроме этого, праздник сопровождают особые ароматы пряностей – гвоздики, кардамона, корицы, ванили. Эти ароматы можно почувствовать везде – в домах, ресторанах, торговых центрах, в музеях и даже на улице. Пряностями обильно сдобрены выпечные изделия – печенье, пряники, торты, пироги с вишней, сливами, абрикосами, ароматными травами. К Рождеству выпускают особые пряные сорта чая и кофе. И, конечно, незабываемый аромат рождественского грога, приготовленного из фруктового сока, красного вина и пряностей, с изюмом и миндалем.

А ароматы угощений! Каждая хозяйка стремится приготовить к Рождеству свиной окорок, запекая его целиком со специями в духовке и выкладывая в технологию приготовления своей маленький секрет. Обязательно готовят к Рождеству распространенные в Финляндии ароматные запеченные овощи – морковь, брюкву, картофель. А выдержанная в щелочном растворе рыба и фрукты издают свои ароматы.

Ароматы – это только одна составляющая общего праздничного настроения, которое охватывает всех. Рождество создается также цветом, символами, праздничными обязанностями и надеждами.

 

Ароматы детства мальчика Славы

- Рождество как религиозный праздник было у нас под запретом, - рассказывает Вячеслав Петрович. - В нашей стране его открыто стали отмечать только в последние десятилетия. А до этого праздновали Новый год. Когда я жил в Глазове, был настолько мал, что праздника почти не помню. Как ехали в Клоогу - об этом говорить не хочется. Помню, как мама выскакивала за колючую проволоку, чтобы добыть нам немного еды. В Финляндии мы долго жили на сборном пункте – кому была нужна женщина с двумя маленькими детьми… Потом нас взяла одна семья, и мама много работала,

Не было в военном и послевоенном детстве Славы рождественских блюд и праздничных угощений. И ароматы детства были другие. Вячеслав Петрович вспоминает о казавшихся лакомствами похлебках из сухих и горелых хлебных корок, которыми кормили работников, когда они жили в финской семье. В похлебку добавляли немного молока и даже масло. И тогда, говорит, было вполне съедобно.

- Когда мы уезжали из Финляндии, нам дали с собой галеты. Чай морковный и галеты - это было изумительно. В моей памяти сохранились этот аромат и вкус, - вспоминает Вячеслав Петрович. - В Торопце – голод, нищета. В школах было собрано огромное количество детей: каждый день давали по кусочку хлеба – это был праздник. Помню Новый год, который мы отмечали, когда переехали в Эстонию. Есть только одна заковырка – уж очень все для детей было заорганизовано и политизировано. Особенно, когда мы приехали в Карелию. Тут уже и праздники, и елки – только по утвержденным правилам. В Питкяранте мы принимали участие в школьных постановках, но они были новогодние, а не рождественские. Рождество и Новый год – это, в первую очередь, семейные праздники. И у нас это было, но уже в современном формате, когда за столом собирается не только семья, но и соседи. В ленинградской коммуналке на Савушкина рядом жили четыре семьи. Мы выносили столы в прихожую, ставили угощения, кто какие может, и вместе праздновали. Какие угощения? Студень – важное блюдо на столе. Всевозможные запеканки, жарения, пироги. Мама пекла деревенские пироги, пышные, как правило, закрытые, с творогом или ягодами. А мамина сестра – городские. Они были тоненькие, изящные, с начинкой сверху. Делалось много украшений и гирлянд из бумаги, разные игрушки, фигурки животных из ваты. На елку вешали, что могли. Одно из главных украшений елки - конфеты, мандаринчики и яблоки. А для детей самое интересное было снять их с елки и съесть.

Откуда же, как и когда пришли к Славику Вяйзенену ароматы финского Рождества, он теперь и не помнит. А мы можем об этом только гадать. Но он так о них пишет и рассказывает, как будто они были в его жизни всегда.

 - У меня до сих пор Рождество ассоциируется с ароматом ванильных пряников! Это главное, что можно было ждать от праздника. Салаты, винегреты, студень – это второе. Аромат ванильных угощений в Рождество присутствует везде и во всем. Им буквально все пропитано! - восклицает Вячеслав Петрович.

Современные праздники, которые организуют ингерманландцы на гатчинской земле, по мнению Вячеслава Петровича, тоже имеют аромат Рождества. Их любят дети, и традиции продолжаются.

Татьяна Можаева

Фото из личного архива В. Вяйзенена