Православный «Парфенон» на Пятой Горе

Православный «Парфенон» на Пятой Горе

Недалеко от Гатчины, в соседствующем с нами Волосовском районе, вдали от всех шумных трасс, есть удивительное место, очень напоминающее древнеримские руины. Когда-то здесь, неподалеку от деревни Пятая Гора, находилось большое имение с таким же названием. От него практически ничего не осталось, кроме постепенно разрушающейся, но все еще величественной церкви – уникальной, нетипичной для русского церковного зодчества…


С первого взгляда даже невозможно представить, что эти «античные» развалины, которым кто-то дал меткое название «Петербургского Парфенона», когда-то были православной церковью во имя Пресвятой Троицы.

Усадьба «Пятая Гора» Царскосельского уезда СанктПетербургской губернии некогда принадлежала сенатору Ф.М. Брискорну (1760–1819). После смерти мужа его вдова Ольга Константиновна Брискорн (по первому мужу Струкова) решила построить церковь на его могиле. Церковь во имя Пресвятой Троицы была возведена в 1828–1830 годах на небольшом холме над дорогой. За нею укрывалась господская усадьба с большим парком и прудами.

Церковь была задумана как храм-пантеон и построена в редком для наших мест стиле ампир. Она была выполнена в виде классической ротонды и имела овальную форму, по внешнему периметру которой шли двадцать четыре ионических колонны. Внутри самого здания было еще двенадцать колонн. На южном и северном фасадах находились шестиколонные портики, а с восточного и западного – полуротонды-апсиды.

Имя архитектора, по проекту которого была построена церковь, так и не удалось разгадать. Исследователь этой и многих других русских усадеб, филолог-славист Марина Арабоглы установила, что у храма во имя Святой Троицы на Пятой Горе были два брата-близнеца – два храма аналогичной постройки в Курском и Екатеринославском имениях вдовы Брискорн. Исследовательница сделала вывод, что все три церкви были построены по одному проекту (так называемое повторное строительство, которое обычно применялось с целью экономии на услугах архитектора).

По мнению М. Арабоглы, скорее всего, речь идет об архитекторе И.Е. Старове, приверженце русского классицизма. По мнению других специалистов, архитектурный «почерк» может указывать на Николая Львова, автора многих памятников классицизма в Петербурге и Приоратского дворца в Гатчине.

Серьезные проблемы с этой удивительно красивой церковью начались еще задолго до революции – здание буквально «ползло», и церковь пришлось даже закрыть из-за аварийного состояния. Роковым для нее оказался материал, из которого она была сложена – местный мергель (разновидность известняка), который быстро начал крошиться, не выдерживая нагрузок.

Но Троицкая церковь на Пятой Горе держалась еще долго. Известно, что во время Великой Отечественной войны она была еще цела, и в ней даже велись службы. Богослужения продолжались и в послевоенное время, вплоть до шестидесятых годов. Затем с храма попытались сорвать купол, который провалился, пробив собою подвал. С этого момента он начал рассыпаться буквально на глазах. На настоящий момент кровля церкви полностью разрушена, от самого здания остались лишь три стены, к подножию которых продолжают осыпаться камни. Пока еще целы колонны портика, на уцелевших окнах кое-где сохранились чугунные решетки.

Но даже сейчас, в таком ужасающем состоянии, церковь Святой Троицы все еще прекрасна. При этом она – единственная из всех трех церквей-близнецов, которой повезло хоть как-то уцелеть. От самой усадьбы «Пятая Гора» не осталось ничего, кроме небольших кирпичных столбов от ворот, ведущих к уже несуществующему усадебному дому. Еще можно насладиться видом раскинувшихся вокруг церкви просторов, побродить по диким, запущенным парковым аллеям – липовым, ясеневым, лиственничным, – молчаливым свидетелям минувших лет.

У подножия обрушившегося фасада Троицкой церкви на Пятой Горе установлен поклонный крест – то ли в укор времени и людям, разрушившим эту необыкновенную красоту, то ли как надежда на возвращение жизни в это намоленное место…