Мой «Бессмертный полк»

Мой «Бессмертный полк»

Годы лихолетья – революция, Гражданская, а затем советско-финляндская война значительно уменьшили число мужчин в нашей семье. Из близких кровных родственников участником Великой Отечественной войны был мой дедушка, папин отец - машинист паровоза, инженер-капитан Виктор Можаев.


Виктор Можаев – родом из города Пушкина. В 1941 году он уже был состоявшимся человеком, машинистом-инструктором паровозных бригад Дновского депо, «Ударником Сталинского призыва», главой семейства, где младшему, моему папе, было два года от роду.

У нас не было необходимости искать информацию о нем в Интернете. Хранителем истории семьи и семейных реликвий был мой папа, Валерий Викторович Можаев, а теперь - я. Наградные документы, различные приказы и справки военных лет до сих пор хранятся в маленьком сундучке. К сожалению, фотографий именно военных лет там нет. В послевоенные годы и потом еще долго дед не любил рассказывать про войну. А тем более детям. Махнет рукой, буркнет: «Ай, это все…» Не нужны были ему и фотографии. Другое дело – документы. Худой, с ввалившимися глазами, он теперь смотрит на меня с фотографий на пропуске в Ленинград, в военном билете.

С первого дня войны Виктор Можаев находился в прифронтовой полосе. Следуя за разрушениями, работал в восстановительных поездах и паровозных колоннах на Северо-Западном и Южных фронтах. Знаком «Почетный железнодорожник» Виктор Гаврилович Можаев был награжден еще в годы Великой Отечественной войны, 24 августа 1943 года. В этом же году Виктор Гаврилович был назначен начальником колонны паровозов особого резерва Народного комиссариата путей сообщения.

Паровозные колонны с боеприпасами и продовольствием были под особым прицелом фашистов. Паровозники постоянно находились на волоске от смерти. Что такое движущийся состав во время артобстрела: с него, как с подводной лодки – не убежишь. И он на весь виду! А бомбили их нещадно. После обстрела паровоз походил на дуршлаг. Котлы пробивались насквозь. Если не попадали напрямую, то людей выкидывало взрывом и засыпало землей. Слой был таким толстым, что выбраться из-под него было не каждому под силу.

И тем не менее железнодорожники справлялись с поставленными задачами: ежеминутно рискуя жизнью, вовремя доставляли грузы на передовую. Ремонт машины и путей, заправка водой (без этого никак) и углем – все сами, в кратчайшие сроки, любой ценой, под огнем противника.

А непредвиденных сложностей было хоть отбавляй! Найти выход из положения помогали знания, опыт и смекалка. Раз во время остановки на каком-то полустанке солдаты чайниками чуть всю воду из паровоза не вычерпали. Замешкайся машинист – и котел бы взорвался.

В 1944 году Виктор Можаев был направлен на восстановление железных дорог в Ленинградскую область, так оказался в Гатчине. К окончанию войны у Виктора Гавриловича было 24 года непрерывного трудового стажа. Хранящиеся в семейном архиве документы говорят о том, что к маю 1945 года он был сильно истощен, имел контузию, целый букет болезней и нуждался в лечении, на которое всегда не находилось времени.

До пенсии Виктор Гаврилович работал на разных должностях в паровозном депо станции Гатчина, был депутатом Гатчинского городского Совета депутатов трудящихся, делегатом с правом решающего голоса 10-11-ой Ленинградской областной партконференции.

Родина отметила его вклад в победу медалью «За оборону Ленинграда» и двумя медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а после войны – орденом Ленина и другими высокими государственными наградами. Наш герой увековечен на полотне «Бессмертный полк» на площади Победы в Гатчине.

Мои родственники по маминой линии - из Шлиссельбурга. Второй дедушка, Михаил Игнатьевич Свидо, воевал в составе лыжного батальона в советско-финляндскую войну и погиб 8 марта 1940 года под Выборгом. Где именно он похоронен – мы так и не смогли узнать.

Из женщин самой яркой личностью в годы Великой Отечественной войны была сестра Михаила Игнатьевича – Татьяна Свидо, в замужестве Казак. Именно в честь тети Тани и я получила свое имя.

Татьяна Игнатьевна прославилась на всю страну еще в 1930-е годы. О ней писали советские газеты и журналы, разбирая на слагаемые новый феномен – «жена пограничника». Ее муж – офицер пограничных войск, орденоносец Иван Корнилович Казак дослужился до генерал-майора, был военным атташе в Польше. Но именно его героическая жена-друг была находкой для журналистов. Вся ее жизнь, с первых дней, как встретила в Шлиссельбурге молодого лейтенанта Ивана и до последнего часа, прошла в служении мужу и родной стране. Вместе с ним она охраняла границу на Дальнем Востоке. Вместе с ним плечом к плечу прошла всю войну: работала в медсанбате, санинструктором роты, была контужена, ранена.

Это была боевая женщина. Она стреляла из винтовки и пулемета, ловила нарушителей границы, могла рисковать на спор. За боевые заслуги Татьяна Казак была награждена именными золотыми часами от наркома Ворошилова. И при этом, по воспоминаниям сослуживцев, она была отличной хозяйкой, виртуозно готовила, выступала в самодеятельности. В любых условиях умела создавать комфорт и уют.

В начале 1930-х годов Татьяна Казак стала первой в пограничных войсках женщиной, награжденной орденом Красной Звезды за храбрость и мужество в боях с нарушителями границы. Второй орден Красной Звезды она получила за бой под Минском в 1944 году. В музее пограничников Ивану и Татьяне Казак был посвящен отдельный стенд. Они похоронены на кладбище в городе Воронеже.

К началу войны у двух моих бабушек на руках общим счетом было семеро малолетних детей. Сейчас это поколение называют «детьми войны».

Валентина Павловна Свидо, накануне войны оставшаяся одна с четырьмя детьми, выжила во многом, благодаря помощи родных. До последних дней своей жизни Валентину Павловну и ее детей материально поддерживала сестра мужа – Татьяна Игнатьевна Казак. В трудное время всегда рядом оказывался и двоюродный брат бабушки - Александр Владимирович Агеев. В нашей семье его называют ангелом-хранителем.

Спасаясь от бомбежек, 2 сентября 1941 года Валентина Павловна с детьми отправилась из Шлиссельбурга в Ленинград. Конечно, никуда бы они не дошли, если бы не ее двоюродный брат. Голодных, без денег, теплой одежды и разрешения на въезд в Ленинград их задержал патруль. Валентина Павловна написала письмо брату, и оно дошло!

Во время войны Александр Владимирович Агеев был бригадным инженером ВВС по Ленинградскому военному округу. Войну закончил в звании генерал-лейтенанта инженерно-авиационной службы. Он не раз спасал семью двоюродной сестры от голода: сначала забрал к себе в Ленинград, потом отправил в тыл, пристраивал детей в интернаты, на учебу, трудоустраивал. Именно «по рекомендации дяди Саши» семья моей мамы переехала в Гатчину.

Александр Агеев награжден двумя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденом Отечественной войны 1 степени. В 1944 году он стал командором ордена Британской империи. После войны Александр Владимирович был генералом-инспектором инженерно-авиационной службы ВВС. Часто бывал по работе в Гатчине. В Мариенбурге проживают его прямые родственники.