Мы – буслаевские

Он был нашим классным руководителем шесть лет, до момента выпуска в 1982-м. Все сорок четыре года после школы живем с ощущением того, что главное в нас заложено тогда. И мы, как и другие его ученики, – буслаевские.

Борис Иванович взял наш класс в 1976-м, ему тогда не было тридцати. Красивый, с живым блеском карих глаз и абсолютно безупречным чувством юмора. Сейчас понимаешь: то, как и чему он нас учил, и есть авторская педагогика. Наверное, можно было ограничиться обязательной программой, классными часами, политинформациями, парой экскурсий в год. У нас всё было по-другому.

Борис Иванович методично объезжал семьи учеников, знал всех родителей, кто в каких условиях живет. В конце учебного года на последней странице школьного дневника писал теплые неформальные слова – благодарность за воспитание сына или дочери. 

Мы объездили полстраны. В пятом классе – зимняя Москва, спали в школе на матах. В последний день перед поездом зашли в столовую недалеко от вокзала. Борис Иванович свою куртку – ярко-красную, импортную(!) – повесил на стул, отвлекся на нас. А когда вернулся, её на месте не было. Вот так по морозу ехал без верхней одежды. Домой в Гатчине вошел замерзший, в руках – кукла для дочки. Лена ахнула: «Папа, что случилось? Где куртка?». Он: «Так вот – на куклу выменял».

Потом были Брест, Минск, Вильнюс, Рига, Таллин, Новороссийск, Керчь. Поездок мы ждали с замиранием сердца. Ездили двумя классами. В параллельном классным руководителем с восьмого по десятый была Светлана Викторовна Старшинина, учительница немецкого. Строжайшее правило, которое ввел Буслаев: мальчики везде пропускали вперед девочек. 

Борис Иванович – человек с яркой индивидуальностью (теперь это называют харизмой). Его любимые выражения помним по сей день. «Сорокин, батенька, к доске. И документик захватите». «Мятлик, голубушка, тетрадь сдавайте». Свои зеленые жигули-копейку называл Захарушкой.

И еще картинка перед глазами: подходя к доске в своем 10-м кабинете, Борис Иванович всегда начинал с того, что полностью протирал ее влажной тряпкой сверху вниз. Только после этого писал формулы и уравнения: мел мягко скользил по поверхности и не крошился.

Летом мы ездили в Выру в школьный в КМЛ (комсомольско-молодежный лагерь), на прополку турнепса, осенью помогали собирать урожай. Профориентацию проходили на «Гатчинсельмаше». Во время учебного года собирали по окрестностям металлолом. Причем не абстрактно, а на трактор «Кировец» – такая была школьная инициатива. Когда собрали, поехали в обком комсомола, сообщили об успехе Валентине Матвиенко.

Двумя параллельными классами устраивали школьные вечера с долгожданными дискотеками. Наша агитбригада исколесила область с концертами.

И совсем уже непротокольная вещь. В средних классах первое полугодие мы учились во вторую смену. Уроки заканчивались, когда уже темнело. Я ездила в четвертую из Больших Колпан, автобусы ходили неважно. Когда случался транспортный коллапс, Борис Иванович сидел со мной на осеннем ветру на остановке, пока не подходил нужный автобус.

Близким человеком стала для нас Евгения Николаевна – жена Бориса Ивановича, учительница русского языка и литературы. Их дочь и сын, Лена и Лёша, тоже окончили педагогические вузы. И многие из нашего выпуска решили стать учителями. Дом Буслаевых всегда был открыт для выпускников – приходили компаниями любой численности.

4-я школа дала такой уровень знаний, что мы уверенно поступили в ведущие вузы. Нина Васильевна Резвая, Исаак Моисеевич Двоскин, Вера Павловна Шарапенкова – невозможно перечислить всех наших сильнейших учителей. 

На выпускном мы пели песню собственного сочинения с припевом: «Но навсегда четвертая жива, и помнить мы ее всегда готовы». 

Нашему дружному выпуску казалось, что будем встречаться каждый год. Впервые оба класса собрались спустя 15 лет, 
в 1997-м. Борис Иванович настраивал на то, чтобы встречаться как можно чаще. Незадолго до этого ушли из жизни директор школы Павел Васильевич Резвый и учитель физкультуры Анатолий Григорьевич Филиппович.

– Когда происходят такие потери, бывает очень больно от того, что не успел сказать хорошие слова. Поэтому всегда старайтесь говорить их при жизни человека, – сказал тогда Буслаев. 

Бориса Ивановича не стало 8 марта 2023-го. В последний раз мы виделись пять лет назад на его 75-летии. Он много вспоминал. Как мечтал о небе, но в летчики не прошел по здоровью. Как с Евгенией Николаевной попали по распределению в Гатчину и первое время жили при школе, топили печку. Мы говорили ему те самые хорошие слова. Теперь кажется, что не всё успели сказать. 

Из личного дневника

27 июня 1977 года

«За этот учебный год мы ездили в ЦПКиО, ТЮЗ, Эрмитаж, другие театры и музеи – всего и не вспомнить. 19 мая, в День пионерии, поехали в Разлив. Поездка прошла очень хорошо. В автобусе на обратном пути Борис Иванович пересел к нам и всё время смешил».

27 апреля 1978 года

«На весенних каникулах ездили в Москву. Там были в мавзолее, в музеях, но больше всего всем понравилась Бородинская панорама. Жили мы на станции «Лосиноостровская» в школе 
№ 1137. Так уставали за день, что еле приходили домой (в школу). А теперь, когда вспоминаю Москву, мне почему-то кажутся лучшими вечера в школе. Мы там не скучали: устраивали танцы (мы со Светой Рябовой играли на пианино, так как девочки жили в музыкальном классе)».

21 марта 1980 года

«Послезавтра едем классом в Краснодар и Новороссийск. Как я этого хочу!»

22 апреля 1980 года

«Вот позади и Новороссийск. Было, конечно, здорово, хотя чего только там не пришлось вытерпеть. Приехали в Краснодар, а там нам обещанных экскурсий не дали – пришлось в четыре утра вставать, с вещами под проливным дождем через весь город тащиться (автобусы еще не ходили). Приехали в Новороссийск в полную неизвестность. Шесть часов просидели на вокзале, пока Борис Иваныч насчет жилья хлопотал. Потом расселили нас по разным квартирам, на самой Малой земле. Еще раз после этого в четыре утра встали, чтобы в Керчь ехать на пароме. Но всё равно все остались очень довольны».

18 февраля 1981 года

«Вчера была на дне рождения у Ваньки Щукина. Зашла перед этим к Аносовой, накрасились там будь здоров. Только расселись все у Ваньки, вдруг входит Борис Иванович (вот уж никто не ожидал). Я быстренько отвернулась и помаду с губ стирать стала. Губы-то стерла, а с глазами уже, конечно, ничего не сделаешь. Потом стали все вместе в садовника играть. Б.И. нам песню спел».

22 августа 1982 года

«25 мая у нас был последний звонок. Всё было организовано очень хорошо: много цветов, музыки, теплых слов. Я почему-то не плакала. Наверное потому, что даже сейчас, спустя четыре месяца, не могу никак поверить, что не придется больше учиться в нашей школе… Теперь о самом приятном и запоминающемся – о выпускном вечере. Он был 26 июня. Торжественная часть прошла 
в актовом зале. Потом в спортивном зале был концерт, выступала наша агитбригада, а зрители в это время пили лимонад, ели пирожные, конфеты. Наши пели песню, посвященную Борису Ивановичу. Ее Володя Кошелев сочинил – хорошая песня…

Перед поступлением на факультет журналистики писала заметки в «Гатчинскую правду». 
В совхозе «Орлинский» брала интервью у командира ССО, а до этого написала заметку «Спасибо, школа». На творческом конкурсе в университете сказали, что определению жанра она не поддается… Пришел перевод по почте из «Гатчинской правды» 7 руб. 72 коп. – мои первые заработанные деньги».

Ирина Начарова (Виноградова)