«Настоящее кино говорит на своём языке»

«Настоящее кино говорит на своём языке»

Меняется ли литература в век кино? Что собой представляет киноязык и как он связан с языком литературным? Какой должна быть идеальная экранизация и нужно ли ее вообще выделять в отдельный киножанр?


На эти и многие другие вопросы отвечали именитые гости российского кинофестиваля «Литература и кино» на традиционном круглом столе, состоявшемся в городской библиотеке им. А.И. Куприна.

«Литература в эпоху кино. Обратная связь» – так обозначил главную тему обсуждения бессменный ведущий круглого стола, литературовед, киновед, вице-президент Гильдии киноведов и кинокритиков Союза кинематографистов России Андрей Шемякин.

Андрей Михайлович обратил внимание присутствующих на то, как эволюционировал кинематограф в процессе постоянного диалога с другими искусствами. Прежде всего, речь идет о литературе и музыке, и эта связь наиболее очевидна, когда мы говорим об экранизациях. Как считает киновед, став одним из самых массовых и популярных искусств XX века, кино значительно повлияло не только на мировоззрение человечества, но и на литературу.

- После появления кинематографа люди стали по-другому писать, – отмечает Андрей Шемякин. – Поэтому сегодня меня интересует, каковы критерии мастеров по отношению к тому, что мы называем добротной литературной основой для кинематографа.

И еще одну тему для обсуждения предложил ведущий своим коллегам-кинематографистам: какой сегодня должна быть литература, чтобы тем, кто пришел в кинозал, захотелось посмотреть поставленный по ней фильм? На что можно пойти ради зрителя? Упрощать ли, усложнять ли литературную основу, или делать что-то свое в надежде найти единомышленников?

Как считает кинорежиссер Вадим Абдрашитов, говорить о литературе и кино в единой связке можно только имея в виду степень художественной состоятельности и литературного произведения, и кинокартины.

- Говорить о каком-то общем языке было бы ошибкой, потому что литература — это одно, кино — совершенно другое, – уверен он. – Мы живем в литературоцентричном мире, поэтому кинематограф базируется на литературе. Литература базируется на слове, в то время как кинематограф - это все-таки движение и изображение. Это совершенно разные языковые системы. В словах даже констатация какого-то простого факта может быть передана несколькими способами, но на киноэкране возможен только один вариант передачи информации. Собственно, из этого проистекают все дальнейшие расхождения.

По мнению Вадима Абдрашитова, кинематографу вряд ли стоит в этом смысле тягаться с литературой.

- Кино — дело молодое, ему всего чуть больше ста лет. Кинематографический язык каким-то образом развивается, нарабатывается, – говорит режиссер. – Как только вы имеете дело с каким-то выдающимся режиссером, вы чувствуете, что у него какая-то особая интонация, свой язык — не литературный, а визуальный. И способ записи движения у каждого свой, что поразительно... Мастера кинематографа в этом самом «грубом» искусстве находят способ передать и мысли, и чувства, насыщая свое произведение содержанием чрезвычайно сложной природы. Да еще таким, которое, и это самое поразительное, обратно на литературный язык не переводится. Существует режиссура, существуют эпизоды, существуют кадры с таким настроением, с таким состоянием, с таким содержанием, которые описать литературным языком нельзя. Как это объяснить, не знаю. Это — кино!

В качестве образца такого «абсолютного кино» Вадим Абдрашитов привел фильмы Марлена Хуциева, одного из тех отечественных мастеров, которые занимаются именно кинематографом.

- У Хуциева есть вещи поразительного свойства, которые невозможно пересказать или объяснить, – напомнил режиссер. – В этом смысле гениально сделаны картины «Июльский дождь», «Мне двадцать лет». Это — поэтический кинематограф в высшем смысле этого слова. Это абсолютное кино как таковое. Бывают гениальные картины, в которых не сказано ни одного слова, но там создана атмосфера кинематографического свойства.

Я считаю, что литература должна заниматься своим делом, и дай бог ей здоровья, потому что без нее — никуда. Никакой кинематограф, никакие кинопоэты никуда без нее, потому то первая формулировка любой художественной идеи начинается с литературы. И все-таки, настоящее кино говорит на своем языке...

Кинорежиссер Сергей Головецкий согласен со своим коллегой: кино и литература обладают разными способами выражения, что далеко не всегда очевидно не только для кинозрителей, но и для профессионалов.

- К сожалению, многие кинорежиссеры считают, что можно брать текст и дальше что-то делать с ним, все перенося из литературы в кино, – говорит он. – Но далеко не все можно переносить в кино.

Музыкальной импровизацией по мотивам своих произведений начал отвечать на поставленные вопросы композитор, народный артист СССР Евгений Дога.

- Музыка связывает литературу и кино, – уверен маэстро. – Без литературы, без внутренней драматургии текста ничего не получится. Успех вальса из картины «Мой ласковый и нежный зверь» стал возможен благодаря Чехову. Не было бы Чехова, не было бы и этой музыки. Литература, музыка и кино неразрывно связаны друг с другом и зависят друг от друга. Они питаются одной и той же субстанцией. Но чтобы извлечь из сердца и направить в правильное русло энергию, которая в нем зарождается и требует высвобождения, требуется огромный труд.

Разговор продолжила народная артистка РСФСР Лариса Лужина.

- Игра актера, а значит, и успех самой картины во многом зависят от качества литературного текста, – уверена актриса. – А если это недостойный сценарий, недостойная литература, то экранные образы тоже, наверное, ничего интересного не будут представлять. Хочется все-таки, чтобы наш кинематограф говорил высоким языком...

Связь литературы и кино с иной стороны показал писатель Алексей Варламов, рассказав о своей книге «Шукшин», посвященной писателю и кинорежиссеру Василию Шукшину (серия «Жизнь замечательных людей»). По словам Варламова, в Шукшине одновременно уживались два больших таланта, в чем-то родственных, а в чем-то даже исключающих друг друга: кино – искусство коллективное, а в литературе человек все делает сам и сам за все отвечает.

Как считает Андрей Шемякин, кинематограф едва ли не с самого своего основания стремился освободиться от влияния литературы. И на протяжении целого века жизни кино процесс этот с переменным успехом идет.

- Жизнь идет, все меняется, меняется и соотношение литературы и кино в культуре. Они вступают в какие-то новые отношения, и непонятно, что делать с этим процессом, – размышляет киновед.