Срок для педагога-педофила

Срок для педагога-педофила

Семнадцать лет строгого режима получил любитель мальчиков, практиковавший совращение малолетних в пионерлагере. 13-го июня Гатчинский городской суд вынес обвинительный приговор.


История гатчинского педофила получила широкую огласку: преступные деяния школьного педагога-психолога вызвали общественный резонанс, вердикт гатчинского суда освещался ведущими новостными каналами Петербурга. Ибо на скамье подсудимых, обвиняемый по статье «мужеложство и иные действия сексуального характера в отношении малолетних», оказался житель Северной столицы, дипломированный работник системы общего среднего образования, мужчина 56 лет.

…Похождения педагога-педофила открылись в декабре 2017 года, когда опекун двух братьев-инвалидов – мальчиков 13 и 14 лет – заподозрила неладное, найдя у детей смартфон, подаренный чужим дяденькой. Родители мальчишек лишены родительских прав, их воспитанием давно занимаются опекуны. У детей – задержка психомоторного развития, имела место сильная педагогическая запущенность. Старший – инвалид и находится на домашнем обучении, младший посещает интернат для детей с ослабленным здоровьем. Оба – доверчивые, легко попадают под чужое влияние. Из-за заболеваний братьям противопоказан телевизор, планшет, смартфон и компьютерные игры, так как быстрая смена картинок влияет на восприятие и может обострить проблемы со здоровьем. Именно поэтому у них был простой телефон без выхода в интернет и никаких страничек в соцсетях.

В лагерь «Юный Кировец» на территории Сиверского поселения братья с удовольствием ездили на протяжении нескольких лет. Ребята их не обижали, всеобщих игр-затей братьям не навязывали – они держались особняком, тихо и незаметно. Потом, без всяких эксцессов, вернулись из лагеря домой, и жизнь пошла своим чередом. Но однажды в декабре 2017 года опекунша мальчиков обнаружила у старшего невесть откуда взявшийся смартфон. В ходе расспросов узнала, что смартфон – подарок лагерного воспитателя, психолога Юрия Георгиевича. Который, вдобавок, подарил одному из братьев кроссовки, которые дети привезли как будто кем-то случайно забытые. В записной книжке смартфона было всего два контакта – «Юрий» и еще один, а «ВКонтакте» Юрий Георгиевич создал братьям странички с измененным годом рождения, куда дети и заходили с подаренного смартфона.

Опекунша осторожно попыталась выяснить у мальчишек характер отношений с этим «Юрием», привлекла свою подругу-психолога, у которой с ребятами давние доверительные отношения. Тут-то все и открылось. На вопрос, что они давали Юрию Георгиевичу взамен, старший ответил: «Себя». Подразумевалось, буквально – свое тело. Также стало известно, что Юрий Георгиевич просил ребят удалять переписку с ним, а у самого на страничке в социальной сети в друзьях – много подростков и мало – взрослых людей. Дальше – больше: слово за слово дети поведали о своем времяпрепровождении в лагере в компании педагога-психолога Юрия Георгиевича, и опекунша пошла в полицию – заявить о противоправных деяниях гражданина Б. в отношении несовершеннолетних.

Ребят допросили и выяснили, что в течение всей лагерной смены их воспитатель Юрий Георгиевич предавался разврату в компании мальчишек-инвалидов. Во время тихого часа и после отбоя, когда все дети спали, воспитатель приводил их в себе в комнату, разговаривал «за жизнь», поил какао, угощал чипсами и сладостями, а потом укладывал в постель… Обращался ласково и велел никому не рассказывать об их утехах, не то его посадят в тюрьму (как в воду глядел!). Поэтому ребята так долго молчали, а потом решили, что дяденька издевается над ними – и рассказали со всеми подробностями.

Следственным отделом по г. Гатчине следственного управления Следственного комитета РФ по Ленинградской области в отношении Юрия Георгиевича Б. было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частями 3 и 4 статьи 132 УК РФ: мужеложство и иные действия сексуального характера с использованием беспомощного состояния потерпевшего, в отношении несовершеннолетнего.

Гражданина Б. задержали в январе прошлого года прямо на рабочем месте – в школе Московского района Петербурга, где он трудился детским психологом. Изначально он свою вину признал частично и даже заявил о раскаянии в содеянном. Допрошенный в качестве подозреваемого, а потом и в качестве обвиняемого, он одни действия признавал, другие отрицал, и все сводилось к тому, что инициатива исходила от детей – мол, братья сами к нему приходили, а он, так уж и быть, не прогонял и поддавался на их «провокации», невольно войдя во вкус. А до этого никаких подобных историй – тем более с мальчиками – в его биографии не было.

Однако эту версию с треском опровергло заявление матери подростка, с которым Юрий Б. развлекался двумя годами ранее, в том же самом лагере. На тот момент мальчику, на которого положил глаз Юрий Георгиевич, исполнилось только одиннадцать лет, и он был, что называется, трудновоспитуемым – в таком качестве прибыл в лагерь. При первом знакомстве с другими ребятами сразу начал драться, много хулиганил, поэтому воспитатель – Юрий Георгиевич Б. – стал уделять ему больше внимания, и однажды это внимание перешло границы нормы. Он регулярно приводил мальчишку к себе в каморку – после отбоя и во время тихого часа, когда тот бесился – «на воспитательные меры». Ребенок, будучи маленьким, послушно шел. Юрий Георгиевич не угрожал, но велел никому о происходящем не рассказывать – это будет «их общий секрет». За этот «секрет» воспитатель давал ему деньги. Общение продолжалось и после лагеря: Юрий Георгиевич дал ребенку номер своего телефона, переписывался с ним «ВКонтакте» и состоял там у него в друзьях. В соцсети воспитатель постоянно предлагал мальчику встретиться, но тот отговаривался школой и другими делами. «Секрет» хранил – до поры до времени.

Все закончилось, когда мама ребенка увидела зимой 2018 года репортаж о задержании педагога-педофила из «Юного Кировца» и приступила к сыну с расспросами. Юрия Георгиевича она знала. Приезжая каждые выходные к ребенку в лагерь, разговаривала с его воспитателем. На отдыхе мальчик явно изменился в лучшую сторону – стал спокойнее, не хулиганил, не дрался. На вопрос, что могло так благотворно подействовать на ребенка, воспитатель скромно заявил, мол, это он так на него влияет – у него большой опыт общения с трудными подростками. Мать ребенка тогда заметила, что одних детей этот воспитатель привечает, а других откровенно не терпит.

Надо сказать, что, по свидетельству очевидцев, Юрий Георгиевич действительно проявлял себя как неплохой педагог. У руководства лагеря претензий к нему не было: дети его любили, родители не могли нарадоваться положительным переменам в поведении своих отпрысков. Юрию Георгиевичу как старшему воспитателю доставался самый сложный отряд из детей, не признающих дисциплины. И он справлялся. Правда, с его любимчиками вожатым – студенткам педколледжа – было трудно: воспитатель мальчикам потакал.

Одни коллеги считали Юрия Б. общительным, доброжелательным по отношению к детям и взрослым. Другие – и таких большинство – его недолюбливали, считали бездельником. Иногда он появлялся на работе «под мухой», с явным запахом алкоголя. Бывал вспыльчив. Мог повысить на детей голос, обматерить, но рукоприкладства не допускал. По словам некоторых коллег, он даже был излишне добр к детям, интересовался их личностями, делами в семье. Рядом с ним всегда крутились ребята – Юрий Георгиевич угощал их, пил с ними чай. Однако девочки у него были редкими гостями – воспитатель предпочитал общаться с мальчиками, чаще с одним или двумя. Но вожатые, которым дети помогали оформлять стенды и выполняли мелкие поручения, считали, что и Юрий Георгиевич занимается с подростками тем же самым: оформляет отрядный уголок. И никто ни о чем не догадывался.

Тем не менее, некоторые нюансы все же настораживали. Ребята делились с вожатыми, что у Юрия Георгиевича «какие-то не такие методы воспитания». Он мог при них пошло пошутить, мог позволить себе обниматься с подростками и гладить их. Некоторые дети считали это странным и избегали воспитателя. А еще вожатые от ребят узнали, что воспитатель нередко моется вместе с ними, что и морально, и правилами запрещено.

…Юрию Георгиевичу предъявили обвинение в насильственных действиях сексуального характера в отношении несовершеннолетнего, а также лиц, не достигших четырнадцатилетнего возраста. И отправили в камеру – до суда.

Юрий Б. – уроженец Ленин-града, с высшим образованием, разведен, детей нет, ранее не судим, по месту основной работы – в школе – характеризуется положительно. Оказавшись на скамье подсудимых, он начал все отрицать, на протяжении всего процесса отказываясь от собственных признательных показаний. Дескать, на него надавили, запугали, заставили. В стане свидетелей со стороны адвокатов нашлись рьяные защитники педагога-педофила.

Однако вина гражданина Б. была неопровержимо доказана материалами дела. По совокупности статей он был осужден на семнадцать лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. А после освобождения ему строжайше запрещено приближаться к детским учреждениям и даже посещать массовые мероприятия с участием несовершеннолетних.

Кроме того, суд назначил материальную компенсацию двум потерпевшим – мальчикам-инвалидам: миллион двести тысяч рублей.

Информация предоставлена ст. помощником прокурора Ю.Я. Таркияйнен